Молодежь и Чистый Интернет

Пропаганда алкоголизма и наркомании, терроризм и экстремизм, детская порнография, мошенничество, насилие - мы против этого в Интернете и в жизни!

Ворота ста печалей

Печать

Афганистан — мировой центр легального производства опиатов

Производство опиума остается главным источником дохода для сотен тысяч афганских крестьян. Но в глобальном наркобизнесе есть множество других заинтересованных игроков — от талибов и членов афганского правительства до иранских военных и московской мафии. Предлагаемый анализ ситуации был опубликован на минувшей неделе на сайте американского исследовательского центра STRATFOR и, естественно, отражает позицию, несколько отличную от точки зрения российских экспертов.

24 марта в Брюсселе официальный представитель НАТО Джеймс Аппатурай отверг предложение главы российской антинаркотической службы Виктора Иванова уничтожить плантации опиумного мака в Афганистане. Озабоченность российского руководства этой проблемой можно понять. За последние 20 лет из транзитной территории и перевалочной базы на пути героина из Центральной Азии Россия превратилась в его крупнейшего потребителя и второй по величине рынок опиатов после Европы. Что оказывает поистине драматический эффект на здоровье населения, самым негативным образом влияет на социальную стабильность в стране, и без того стоящей лицом к лицу перед тяжелейшими демографическими проблемами.

География

Ворота ста печалейПроизводство опия стало главным источником дохода для многих тысяч афганцев, проживающих в сельской местности, особенно это касается провинции Гельменд на юге страны. Но мирные отношения с местными жителями важны для руководства американского контингента войск в Афганистане, поэтому оно вряд ли будет губить маковые поля. Так что се йчас, когда в Афганистане формируется новая стратегия, маловероятно, что Россия сумеет склонить НАТО к сотрудничеству и убедит в необходимости уничтожения урожая. Вероятно, это время еще настанет, но пока русские могут воспользоваться более приемлемыми в данный момент формами борьбы с наркотрафиком, который осуществляют главным образом группировки боевиков, противостоящие силам НАТО.

Афганистан является мировым центром нелегального производства опиума — более 90% потребляемых на планете опиатов имеют афганское происхождение (страна известна еще и как крупнейший производитель марихуаны, но выращивание конопли имеет несравнимо меньшее значение, чем культивирование мака). Несмотря на то, что опиумный мак можно выращивать в различных климатических зонах, производство опия сосредоточено именно в Афганистане, потому что главное условие для его культивирования — ограниченный государственный контроль в регионах произрастания. В Афганистане это южные и западные провинции, только в одном Гельменде сосредоточено более половины всего опиума, производимого в стране. В этих же регионах контроль со стороны центральной власти наиболее ослаблен, а влияние талибов, наоборот, наиболее сильно.

Кроме Афганистана, крупными производителями опиума являются Мьянма, Пакистан, Лаос и Мексика, хотя из этих стран на мировой рынок поступает лишь малая (относительно афганских объемов) часть этого наркотика. В 70—80-е годы прошлого века опиумным центром была Юго-Восточная Азия — тогда афганский героин поступал лишь региональным потребителям.

Все изменилось в середине 1990-х, когда из просто крупного Афганистан превратился в глобального поставщика опия на мировые рынки. Значение Афганистана как производителя наркотиков росло, и одновременно усиливалось значение нелегальных маршрутов доставки опия потребителям. В годы, когда его ведущими производителями были страны Юго-Восточной Азии, основные пути проходили через Таиланд и Китай. Сейчас главными транзитными территориями стали Иран, Пакистан и страны Центральной Азии.

Наркотранзит из Афганистана — очень прибыльный бизнес. Годовой объем нелегального рынка опиатов, по некоторым подсчетам, составляет около 65 млрд долларов, что примерно равно ВВП небольшой европейской страны, например, Хорватии. В 2009 году, по оценкам ООН, торговля опием принесла 2,3 млрд долларов в экономику Афганистана, это примерно 19% ВВП страны.

Разнонаправленные потоки наркотиков и денег имеют стратегическое значение, поскольку обеспечивают финансовую поддержку самых разных региональных игроков, в том числе Талибана и Аль-Каиды. А поскольку производство сосредоточено в Афганистане, то выгоду от этих потоков стремятся получить также и заинтересованные лица в соседних странах — посредством контроля наркотрафика на пути к потребительским рынкам Ирана, России и Европы.

Производство

Опиатами называется семейство очищенных наркотиков, к которым относятся героин, морфин, кодеин и другие препараты. Опиаты, такие как морфин, стали производить в XIX веке для медицинских целей, в которых они используются и сегодня, но сейчас контроль за их употреблением стал гораздо более жестким. Героин быстрее усваивается организмом и потому действует сильнее морфина. Но оба эти препарата (как и родственные им наркотические средства) получают путем очистки из опиума — натурального продукта, который дает мак.

Опиум получают, надрезая семенные коробочки мака, откуда начинает течь сок, представляющий собой клейкую массу темно-коричневого цвета. Из нее формируют что-то вроде кирпичей, которые и продают скупщикам. Сезон в Афганистане начинается в декабре, когда мак высевают, и заканчивается в апреле, когда собирают урожай. Но интенсивность наркотрафика мало зависит от времени созревания мака, поскольку афганские фермеры и поставщики поддерживают запас опия. Это примерно 12 тыс. тонн, которых достаточно, чтобы два года удовлетворять мировую потребность в зелье.

Но только 10% запаса находится у фермеров, остальное в руках поставщиков — перекупщиков и боевиков как в Афганистане, так и в транзитных странах. Этот резерв является своеобразным буфером, защищающим как от колебаний рынка (обеспечивая ровное поступление наркотика потребителям), так и от срыва поставок в случае захвата или уничтожения товара. Все это предполагает достаточно хороший уровень планирования и координации действий всех участников трафика.

После того как урожай собран, его продают посредникам-скупщикам, которые часто очищают опиум перед отправкой из Афганистана. Эта система хорошо отлажена: крестьяне и перекупщики заключают между собой договоры, действующие по несколько лет. Примерно 60% произведенного в Афганистане опиума, перед тем как отправиться в путь, перерабатывается в героин, и относительно небольшое количество — в морфин.

Очищают и перерабатывают опий также в Иране и в России, но все же для наркоторговцев удобнее заниматься этим как можно ближе к местам произрастания: из 10 килограммов опиума получается 1 килограмм героина, к тому же килограмм героина стоит примерно в 100 раз дороже, чем килограмм опиума.

Маршруты наркотрафика

Существуют три основных маршрута нелегальной транспортировки афганских опиатов. Примерно 40% приходится на иранское направление, 30% — на Пакистан и 25% — на страны Центральной Азии (оставшиеся примерно 5% уходят по пока неясному маршруту). Афганские опиаты можно встретить по всему миру, но основные конечные рынки — это Россия, Европа и Иран.

Иран

Иран, соединяющий Южную Азию с Ближним Востоком и Анатолийским полуостровом, давно является транзитной территорией как для легальной, так и нелегальной торговли самым разным товаром. В 2007 году более чем 80% всего задержанного в мире опиума и 28% героина приходились на Иран. С 1979 года в столкновениях с наркоторговцами погибли более чем 3600 иранских полицейских и солдат.

До того как Афганистан стал мировым лидером в производстве опиума, Иран был в основном потребителем наркотиков, а наркотрафик через его территорию был ограничен. Но уже в 1990-х годах Иран становится главной транзитной страной (оставаясь крупнейшим потребителем неочищенного опиума) на пути афганских наркотиков в Европу. Из Ирана товар уходит в Турцию и Азербайджан, при этом по более важному турецкому маршруту проходит до 80% наркотиков, потребляемых в Европе.

Афганские наркотики попадают в Иран тремя основными путями: по суше из Афганистана, по суше и по морю из Пакистана и по суше через Туркменистан. В Иране товар доставляется в северо-западные регионы страны и оттуда двумя основными маршрутами в Европу и Россию. Наркотики, отправленные напрямую из Афганистана, везут по дороге, проходящей севернее пустыни Дашт-е Кавир на Тегеран и далее — в Турцию или Азербайджан. Груз, прибывший из Пакистана, следует по дорогам южнее пустыни Кавир-е Лут и далее на Исфахан и Тегеран.

Товар, доставленный морем, попадает затем главным образом в порты Бандар-Аббас и Чабахар, откуда отправляются дальше.

Родственные и этнические связи — важный элемент в контрабанде наркотиков из Афганистана в соседние с ним страны. Например, живущие на юго-востоке Ирана белуджи активно задействованы в наркоторговле, поскольку могут относительно свободно перемещаться в Пакистан и Афганистан, где также обитают представители этого народа. Правительство слабо контролирует данный регион, и вооруженным до зубов наркоторговцам практически нечего опасаться. Наркотики пересекают границу в караванах, которые охраняют хорошо оснащенные в военном отношении моторизованные конвои. На севере Ирана товар переносят на себе, на ослах или верблюдах, а иногда даже в желудках этих животных.

О маршруте через Белуджистан более или менее известно, потому что сепаратистское движение белуджей является одним из самых активных в Иране, и их участие в наркотрафике не секрет. Вообще же сведения о группировках, занимающихся контрабандой наркотиков из Афганистана в Иран, скудны и отрывочны. Но, судя по объемам трафика и цене на товар, эти люди знают, что делают. Выстроенная ими система должна быть организована на высочайшем уровне, и в ней, не исключено, задействовано правительство. Источники STRATFOR в Иране указывают на то, что некоторые члены Корпуса стражей исламской революции и армейские офицеры «крышуют» наркотрафик через территории своей ответственности, получая за это обильное вознаграждение.

Стоимость проходящих через Иран опиатов достигает примерно 20 млрд долларов в год, или 5% ВВП страны. Трудно поверить, что страна, идеально подходящая на роль транзитного коридора, откажется от столь приличных финансовых выгод, а будет, наоборот, рьяно сражаться с наркотрафиком. Задержания наркоторговцев происходят по всему Ирану, но они, скорее всего, вызваны их нежеланием сотрудничать с властями, держащими процесс под контролем.

Пакистан

Если Иран — это главный транзитный коридор, то Пакистан — первая остановка на пути наркотиков из Афганистана. Столь протяженную границу между двумя странами просто невозможно держать под контролем. Производство и контрабанда опиатов через Пакистан дает серьезный доход афганским талибам, которые, по данным ООН, с 2005 по 2008 год заработали на наркотрафике от 450 до 600 млн долларов.

Наркотики попадают в Пакистан через прозрачную границу. Многие из дорог ведут в город Кветту — важный перевалочный пункт и к тому же один из центров активности талибов. Примерно четверть доставленных в Пакистан наркотиков уходит в Иран через провинцию Белуджистан.

Другой маршрут ведет на юг, по долине реки Инд в Карачи — порт на Аравийском море и центр криминальной активности в Пакистане. Здесь наркотики прячут в грузовых контейнерах и отправляют по всему миру — морем или коммерческими авиарейсами.

Центральная Азия

Афганские наркотики попадают сюда несколькими путями. По данным ООН, в 2008 году власти Таджикистана заявили о наибольшем количестве задержаний нелегального груза, но статистика арестов не дает четкого представления, куда направляется большая часть товара. Но она может указывать, где наркотрафик является наиболее рискованным и где конкурирующие силы (включая правительство) борются друг с другом за лидерство, в том числе и отбирая друг у друга караваны с грузом. Естественно, опиаты из Афганистана попадают на север через Узбекистан, Таджикистан и Киргизию, но большая часть нелегальной продукции идет в Россию через территорию Турк¬менистана.

По многим причинам этот маршрут (часто с использованием автодороги Герат — Кушка) наиболее удобен. Туркмения граничит с западным Афганистаном, где находится несколько провинций — основных производителей опиума. К тому же местность между западным Афганистаном и Туркменистаном большей частью представляет собой холмистую пустыню, которую относительно легко пересечь незамеченным.

Граница Узбекистана и Афганистана проходит по равнине, оттуда далеко до богатых опиумом афганских провинций, к тому же часть границы проходит по реке, которую еще нужно форсировать.

Таджикистан также является транзитной страной. Из Афганистана сюда можно попасть через границу на западе республики, хотя этот район не вполне безопасен для трафика. Восточный Таджикистан представляет собой малонаселенное и труднодоступное высокогорье, что делает контрабанду чего-либо очень трудным делом.

Наконец, наркодельцы на юге Туркменистана имеют то преимущество, что работают под протекцией Марыйского клана — крупнейшего из пяти главных кланов, доминирующих в жизни страны. Его члены не имеют влияния в правительстве, зато им отдан на откуп контроль наркотрафика.

Переход из Афганистана в Турк менистан — самое сложное в путешествии по Центральной Азии. Обойти правительственные посты относительно просто: граница проходит по безлюдной пустыне, и ее можно пересечь в десятках мест. Другое дело, что наркокурьеры рискуют встретиться с обычными бандитами, которые рыщут по пустыне в поисках добычи вроде контрабандистов героина. По этой причине курьеры постоянно меняют маршруты, часто отдавая предпочтение коридору в пустыне шириной 90 и длиной 130 миль между иранской границей и рекой Мургаб. Здесь все покрыто сетью троп, проложенных джипами контрабандистов, стремящихся избежать встречи с бандитами. После того как пустыня остается позади, курьеры попадают под защиту членов Марыйского клана, которые обеспечивают безопасную доставку товара до границы с Казахстаном.

Отсюда наркотики через Казахстан транспортируют дальше — на рынки России. Здесь безопасность трафика обеспечивают местные криминальные группировки — в первую очередь московская, в которой участвуют и представители правоохранительных структур.

Рынки

Большинство афганских опиатов направляются на три главных рынка (Иран, Россия и Европа), составляющих около 66% произведенной в Афганистане продукции. Иран — основной потребитель неочищенного опиума (42% мирового потребления), тогда как в России и Европе больше распространен героин (21 и 26% мирового потребления соответственно).

В 1990 годах Россия была больше транзитной территорией, нежели страной-потребителем, но уже очень скоро потребление здесь героина начало стремительно расти. Между 1998 и 1999 годами число потребителей выросло на 400%, благодаря чему большая часть наркотиков, ранее уходившая в другие страны, стала оседать в России. В последние годы в связи с ростом благосостояния населения, особенно в Москве и Санкт-Петербурге, российский рынок вырос еще больше.

В последнее время афганские опиаты стали уходить и в Китай, где их доля на местном рынке может доходить до 25%.

Что касается огромного рынка Соединенных Штатов, то афганские наркотики находятся в конце списка, поскольку почти весь потребляемый там героин произведен в Колумбии или Мексике.

Таким образом, Россия становится главным рынком афганских опиатов. Такие страны, как Пакистан, Иран и Турция имеют от наркотрафика больше финансовых выгод, чем проблем, тогда как Россия из-за роста потребления наркотиков стоит перед лицом угрозы социальных деформаций. В России живут примерно 2,5 млн потребителей нелегальных опиатов, и, по официальной информации, ежегодно россияне тратят на афганские наркотики 17 млрд долларов. Так что вполне понятно, почему Россия выступает за уничтожение маковых полей в Афганистане. Но такое не делается за одну ночь. Отучить афганских крестьян выращивать мак — процесс кропотливый и длительный. Народная поддержка американской миссии стала ценной валютой в Афганистане — такой же ценной, как деньги производителей и торговцев наркотиками. Прежде всего нужно установить баланс между ними. В ближайшие годы превалировать (под наблюдением США и НАТО) будет не политика уничтожения маковых полей афганских крестьян, а борьба с деятельностью наркокурьеров.

 

Комментарии (1)Add Comment
0
мирные отношения с местными жителями важны для руководства американского контингента войск в Афганистане, поэтому оно вряд ли будет губить маковые поля.
Автор: Искандер , 14 Май, 2010
Действительно, зачем искать себе геморой на известное место. И, потом, уничтожение наркопосевов лишит талибов и Аль-Каиду финансовой базы. А тогда "национальная американская идея - борьба против мирового терроризма" уже будет никому не нужна. Растет и пусть растет. А им (американосам) - по фигу. Главное - это обеспечить свои интересы в районах нефтедобычи и ее транспортировки.
Отсюда вывод - стоит ли им помогать и надо ли России вешать себе "очередное ярмо на свою шею"? Легче закрыть границу и заставить Рахмона "навести порядок" и посадить все своих наркодельцов.
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +0

Написать комментарий
меньше | больше

busy
Обновлено ( 19.04.2010 17:39 )  
Ты здесь: Главная