Молодежь и Чистый Интернет

Пропаганда алкоголизма и наркомании, терроризм и экстремизм, детская порнография, мошенничество, насилие - мы против этого в Интернете и в жизни!

Опрос: Терроризм

Какая причина по Вашему мнению является главной в возникновении и развитии международного терроризма?
 

«НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ ПРОТИВ ИДЕОЛОГИИ ЭКСТРЕМИЗМА, НАЦИОНАЛИЗМА, РЕЛИГИОЗНОГО РАДИКАЛИЗМА»

Ссылки на сайты борьбы с терроризмом

РЕЛИГИОЗНЫЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОГО ТЕРРОРИЗМА

Печать

Сегодня Сайт начинает публикацию работ, представленных на III Всероссийском Конкурсе «Наука и образование против террора 2012».

Относительно новым явлением, вопиюще противоречащим традиционным представлениям о религии как моральной и интегративной основе общества, стал современный терроризм, выступивший как крайняя форма проявления экстремизма и «конфессионального эксклюзивизма», превратившись в одну из наиболее опасных по своим масштабам, непредсказуемости и последствиям проблем, с которыми человечество вошло в XXI столетие. События, происходящие в мире, свидетельствуют о том, что межконфессиональные противоречия и фундаменталистские течения придают терроризму особую остроту, делая все более реальной опасность существенной дестабилизации всей общественно-политической обстановки в любой стране.

Каждой исторической эпохе присущ «типичный конфликт», придающий особенность формам террористической активности. Революционно-идеологический терроризм наиболее решительно представлен в XIX в., ХХ в. усиливает этнонациональные формы терроризма, в конце XX в. стал актуален «религиозный» терроризм. В настоящее время, в России доминирует специфическая форма терроризма, имеющая явно выраженную этнорелигиозную окраску. Так, Пол Пиллар (Pillar) пишет, что за последнее время современный терроризм существенно изменился. Государства все менее активно и охотно поддерживают терроризм. Основная роль в террористической деятельности сегодня принадлежит с его точки зрения различным новым группам и группировкам, в которых возросла значимость религиозных организаций (радикальных исламистов). Они кардинально отличаются от «светских» и в значительной степени от «левых» террористических группировок предыдущих десятилетий [16]. Также стоит отметить, что одним из условий развития современного терроризма становится распространение СМИ и Интернета. «Главное оружие террора – это его медиатехнология, рассчитанная на широкий общественный резонанс[21].

Масштабы терроризма и – главное – его деструктивный потенциал настолько велики, что позволяет считать террористическую деятельность одной из глобальных проблем современной цивилизации. Особенно остро этот вопрос стоит для Российской Федерации. Для России он тесно связан с перспективой сохранения государственности. Необходимо признать, что в последнее время на территории Российской Федерации принимаются серьезные усилия по снижению количества террористических структур и организаций, тем не менее, горькую статистику террористических актов и их жертв все еще приходится обновлять практически ежедневно. В мировом сообществе признается тот факт, что традиционные религии посредством межконфессионального диалога могут сыграть важную роль в противостоянии террористическим вызовам.

Несмотря на большое количество как зарубежной, так и отечественной научной литературы, посвященной изучению религиозному терроризма анализ этого явления представляет немалые трудности и, несмотря на свою безусловную актуальность, в научном плане является пока недостаточно разработанным.

I. Терроризм и религия: криминологические и социально-философские аспекты

Теракты 11 сентября 2001 г. существенно повлияли на аспекты социальной жизни, последовавший информационный взрыв оказал беспрецедентное воздействие на модификацию всего информационного поля. Д. Миллер (Miller) приводит следующие данные: в Великобритании: после 11 сентября 2001 года резко выросло число экспертов по терроризму (до 240 в Великобритании), также произошел беспрецедентный рост количества статей на темы, связанные с терроризмом (менее ста научных публикаций в 2000 году и более пятисот в 2002 году) [10]. В связи с произошедшими террористическими событиями в средствах массовой информации субъекты террористических событий в газетном дискурсе были подвергнуты конфессиональной категоризации. Многократное употребление прессой клише «мусульманские террористы», «исламский терроризм» подталкивало читателя к идентификации терроризма с исламской религией. Вместе с тем, поставить знак равенства между исламом как большой традицией, как системой религиозных смыслов и практик и терроризмом нельзя[8]. Стоит согласиться с А. Кырлежевым в том, что об общеисламской ответственности за т.н. «исламский терроризм» можно говорить, но лишь в том же смысле, в каком говорят об ответственности христианства за крестовые походы или религиозные войны. Ясно, что в данном случае дело не в религии как таковой, а в политике, у которой есть, помимо других, и какой-то религиозный контекст»[8]. То есть политические силы в своих целях используют религиозность населения мусульманских стран, произвольно истолковывая отдельные и часто вырванные из контекста положения исламской теологии. Здесь проявляется следующая проблема: с одной стороны, социологи, как и теологи, рассматривают знание догматов религии как один из критериев «подлинной религиозности», тогда как, с другой, террориста, одержимого идеей борьбы за «истинную религиозность», многие священнослужители уже отказываются считать «действительно религиозным». Эту апорию хорошо показывает «теракт в Норвегии 2011 года» Андерса Брейвика, лично убившего или ранившего около 200 человек, но отрицающего свою вину и не считающего совершенное им «преступлением», поскольку, по его словам, это было необходимо сделать для спасения Европы от «мультикультурализма» и «угрозы исламского господства»[11]. Религия всегда выполняла функцию смыслополагания, придавая тот или иной «сакральный» смысл действиям и поступкам индивида и/ или группы, религия может приводить либо к стабильности, либо к деструкции.

Одним из основных мотивов обращения к терроризму является сильная потребность в укреплении личностной идентичности, что достигается принадлежностью к группе. Во-вторых, это мотивы самоутверждения. И третье, терроризм чаще всего является результатом идейного абсолютизма, убеждения в обладании высшей истиной, уникальным рецептом спасения своего народа или даже всего человечества.

Американский психолог П.А. Олссон (Olsson), вводит понятие личной модели выбора террористического поведения и определяет эту модель с помощью четырех элементов: ранняя социализация индивида в насильственной окружающей среде; отрицательная самоидентификация индивида; личные связи индивида с террористическими группами; конверсионный жизненный опыт индивида (эскалация терроризма)[14, c. 53].

Для террористов религия (юрисдикция, конфессия или даже традиционная культура) выступает как  идеология абсолютных противопоставлений, делящих мир на «мы» и «они», проявляющихся в крайней нетерпимости ко всякого рода инакомыслию. Религиозно мотивированному терроризму присущ высокий уровень консолидации участников террористических действий, наличие относительно устойчивой социальной базы движений[7, c.215]. Террористы – это религиозные фанатики, обладающие, по их мнению,  высшей и единственной истиной. Основная мысль лидеров религиозного терроризма очень проста: против тех, кто не соблюдает законы религии, надо сражаться. Кроме этого, утверждается мысль, что религия находится в смертельной опасности, и источником этой опасности является «иноверцы», «ученые», «политики», «атеисты» и т.п..  В каждой религии (юрисдикции) есть достаточное количество доктринальных обоснований правомерности фактического террора по отношению к разного рода изгоям, неверным, язычникам и др. Иными словами, при определенных исторических условиях любая религия способна выступить в роли «религии терроризма».

Например, «термин «джихад», как пишет Джон Эспозито  (Esposito), имеет множество смыслов, включая «призыв вести праведную жизнь, делать общество более моральным и справедливым, распространять ислам проповедью, учением или путем вооруженной борьбы… В самом общем смысле «джихад» обозначает борьбу против зла и дьявола, самодисциплину, при помощи которой верующие стремятся следовать воле Бога, быть лучшими мусульманами»[23, c 32 - 33]. Хорошо известно, однако, что все это многообразие смыслов отбрасывается представителями экстремистских и террористические организаций, редуцируясь к оправданию своих преступлении и пропаганде своей исключительности[4, c. 12]. У. Лакер (Laquer) подчеркивает, что у современного терроризма много различных причин и проявлений, множество из них зависит от культурных традиций, социальной структуры общества и других особенностей различных стран [9, 24].

В России причинами распространения религиозного экстремизма считаются сепаратистские устремления ряда региональных элит, нарушения прав религиозных меньшинств и деятельность иностранных миссионеров, разжигающих межрелигиозную рознь [13]. В научной литературе  часто используется термин «религиозно-политический терроризм»[15, c. 175]. Точнее будет использовать термин «терроризма на основе религиозной идеологии», поскольку непосредственно религиозные факторы не являются причинами терроризма, а есть  лишь его идеологической базой. А. Кырлежев отмечает, что «когда институциональные религиозные авторитеты начинают обличать своих радикалов, призывая их к умеренности и благоразумию, то в ответ часто слышатся уже обличения в адрес самих религиозных лидеров: что они коррумпированы, что они за положение и власть отказываются от предельных ценностей религии. И в результате радикальное крыло религиозного сообщества только усиливается. Поэтому большой вопрос, насколько государство и общество могут рассчитывать на внутриконфессиональные ресурсы»[8].

Одной из основных проблем в выработке согласованного международно-правового подхода к противодействию терроризма является отсутствие единого понятия терроризма и единого подхода к его пониманию. Так, например, А.Ш. Викторов, проанализировав литературу, выявил около 200 определений терроризма. Такое положение вещей вызвано как со сложностью самого указанного явления, так и «с абсолютизацией различных точек зрения»[15, c. 84]. Многие специалисты отмечают, что в современном терроризме тесно переплелись религиозный фанатизм, расовая ненависть, национальная нетерпимость, социальный и политический экстремизм, где присутствует весь набор асоциальных целей, нелегальных, нелегитимных и преступных методов их реализации[15,c. 86].

Ст. 205 УК РФ терроризм определяет как идеологию насилия и практика воздействия на общественное сознание, на принятие решений органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и/или иными формами противоправных насильственных действий.(сноска) В праве США терроризм определяется как предумышленное, политически мотивированное насилие, совершаемое против мирного населения или объектов субнациональными группами или подпольно действующими агентами, обычно с целью повлиять на настроение общества [19]. Не имея твердого представления о терроризме, невозможно прийти к согласию в формулировании направленных против него законов.

Актуальным в настоящее время является и понятие «гуманитарной безопасности», под которой понимается сетевая надёжная и устойчивая совокупность факторов, т.е. «гуманитарных, социальных, культурных, религиозных взаимодействий эффективно обеспечивающих: достойную жизнь каждого человека; человеческое в человеке и достойный смысл его жизни; состояние защищённости человека, семьи, народа; их целей, идеалов, ценностей и традиций, образа жизни и культуры; необходимое и достаточное поощрение и развитие прав и обязанностей человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии»[15, c. 14].

II.                Концептуальные основы противодействия религиозному терроризму

Устранение угрозы терроризма и достижение состояния «гуманитарной безопасности» сегодня, к сожалению, все чаще видится достижимым лишь путем применения  «силовых методов», хотя очевидно, что использование репрессивных  мер против терроризма «может на время сбить температуру, но излечить болезнь оно не в состоянии»[20]. Много говорится о необходимости улучшении экономического положения государств, где терроризм процветает, поскольку улучшение экономической и политической ситуации, рост социальной мобильности, повышение уровня жизни населения, когда люди не будут чувствовать себя униженными и ущемленными, как очевидно, окажет свое влияние, хотя т в самых развитых странах остаются политические силы, которым выгодно разжигание террористической борьбы на религиозной или этнической почве. Необходима комплексная программа рационального, планомерного и постоянного привлечения ресурсов всех групп общества. В настоящее время законодательные механизмы борьбы с терроризмом не в достаточной мере развиты и не обеспечивают должной защиты. В международном праве понятия «терроризм» не существует [2, c. 115]. Особую сложность вызывает тот факт, что нормы международного права созданы для регулирования взаимоотношений между государствами. Сегодня террористические акты совершаются разными субъектами: как отдельными личностями, так и организациями и государствами. В Российской Федерации применение ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» отличается слабой эффективностью [7, c. 223].

Сегодня молодое поколение, которое является основным реципиентом террористических организаций [3], беспрепятственно может  вовлекаться в экстремистскую деятельность через Интернет и иные СМИ, в которых легко распространяются множество материалов, признанных разжигающими этноконфессиональной рознь. В этих условиях подрастающее поколение оказывается самой незащищенной в культурном отношении категорией населения, которая находится в своеобразном ценностном и духовном вакууме, дезорганизованной, подверженной влиянию ксенофобии, разрушающей традиционные ценности национальных культур и религий.

В таких условиях, когда применение только административного ресурса невозможна, необходим иной путь – путь воздействия на личность, и прежде всего воспитание ее в рамках неприятия насилия, формирования установок на толерантность, просвещение, диалог и ответственность. Только сформированная личность с устойчивой гражданской позицией способна противостоять идеологии ксенофобии и различным экстремистским тенденциям.

Пока существует система воспроизводства инфраструктуры терроризма угроза террористических актов будет сохраняться, несмотря на применение локализующих силовых методов. Ключевыми звеньями этой структуры являются: идеология терроризма и экстремизма, ее вдохновители и носители, каналы распространения этой идеологии, а также лица, попадающие под ее влияние[6, c. 100]. В ситуации, когда каналы распространения информации перемещаются в Интернет и становятся неподконтрольными,  исключение фактора появления носителей и вдохновителей идеологии терроризма не реально и фантастично, главным способом противодействия терроризму становится формирование антитеррористического мировоззрения населения.

Сегодня актуальным должно являться направление по профилактике экстремистских настроений в молодежной среде, а искоренение социальной агрессии – одним из главных направлений при разработке системы мер по формированию антитеррористической идеологии и воспитанию толерантного сознания в поликультурном многонациональном обществе. Поэтому необходимо разработка новых образовательных программ, а также коммуникативная подготовка тех, кто работает с молодежью и должен стать транслятором толерантного поведения. Таким образом, именно образование в современных реалиях должно заложить основы антитеррористического мировоззрения.

Однако, не стоит забывать, что школа и иные образовательные институты часто не являются для подростка референтными. Председатель совета муфтиев России, Равиль Гайнутдин признал, что негативное отношение к исламу в России сформировано СМИ, которым зачастую присущи категоричность и безграмотность в данном вопросе [7, c. 226]. Поэтому необходим более четкий и жесткий контроль над СМИ, пресекающий распространение экстремистских материалов, некорректное термина «религиозный терроризм» и «экстремизм».

Воспитание ответственной и просвещенной личности, отвергающей зло как таковое способно решить проблему терроризма. В связи с этим, эффективный подход к снижению террористической угрозы включает в себя учет особенностей культуры, традиций, менталитета населения того или иного региона, а также разрешение социальных и экономических проблем в развивающихся регионах мира путем прямых и целенаправленных программ по развитию сектора  малого и среднего бизнеса. Также на местах необходимо повышать уровень грамотности населения, как  наиболее эффективного средства по предотвращению внешней пропаганды религиозно радикальных идей.

В данном случае возможно два пути воспитания у населения чувства неприятия терроризма на религиозной основе:

–воспитание через распространение «правильной» религии и национальной политики;

–воспитание  на основе светской рациональной культуры, «федеральных» и общечеловеческих ценностях.

А.П. Назаретян утверждает, что «широковещательные заявления, будто теракты совершают приверженцы «ненастоящей» религии, тогда как «настоящая» вера такого не допускает, – самообман. По его утверждению из человека, верящего в загробную жизнь, легко сделать «самовоспламеняющуюся бомбу» [12]. Поэтому он предлагает распространение, прежде всего, светской культуры и воспитание человека в духе свободы и ответственности, в чем стоит с ним согласиться. Именно «этика ответственности», выражаясь языком М. Вебера, приводит к рациональному осмыслению человеком мира и всего происходящего. А вот «религиозные (и квазирелигиозные – национальные, классовые) идеологии всегда служили механизмом объединения людей в большие группы за счёт противопоставления другим людям. Поэтому их неизменным спутником оставалась реальная или потенциальная война» [12].

Однако, несмотря на то, что сегодня во многих регионах мира религия потеряла свое первостепенное значение, ее влияние по-прежнему велико. Поэтому необходимо правильно организовать распространение религиозного образования. Большая роль должна отводиться подготовке духовенства. Необходимо всесторонне повышать уровень образования представителей молодого поколения духовенства, развивать их потенциал знаний современных социогуманитарных наук, эрудицию, воспитывать поколение богословов (исламских, христианских и т.д.), способных вести, убедительную, аргументированную полемику с представителями иных, в том числе новых,  религиозных течений.

Вышеозначенное, в полной мере относится и к т.н. «межконфессиональному диалогу», ресурсы которого еще почти не востребованы. Сегодня социальные инициативы со стороны духовенства, практически отсутствуют [1, c. 197], однако и власти недостаточно стимулируют их социальную и просветительскую активность.

Кроме того, необходимо поддерживать и сохранять этнополитическую стабильность в пограничных регионах. Для этого необходимо, развивать и обогащать национальные культуры. С. Саймон (Simon) считает, что фатальной ошибкой Запада является пропаганда западных ценностей, стандартов и принципов организации в исламском мире. Необходимо не вводить чуждые мусульманскому миру ценности, а добиться политического сближения с исламом, убедить жителей мусульманских стран, что их процветание возможно и без уничтожения Запада, и без отказа от собственных традиций перед сокрушительным натиском западной культуры [17].

Профилактика использования религиозного фактора в экстремистской деятельности должна осуществляться постоянно, а не быть временной мерой. Для этого необходимо привлечение экспертов в сфере религиоведения и этноконфессиональных отношений, обладающих навыками экспертной оценки деятельности религиозных объединений [7, c. 224]. Сегодня состав экспертного сообщества не всегда отвечает всем требованиям, предъявленным к ним, в том числе оно не всегда объективно и независимо. По словам Д. Миллера (Miller) среди экспертов по терроризму существует консенсус по поводу идеологического отношения к данному явлению. Поэтому информация, поступающая от них в массы, не всегда объективна, так как «большинство экспертов занимаются не столько изучением самого терроризма и его особенностей, сколько комментируют и поддерживают решения государств применить силу в ответ на террор», причем «этот подход становится догмой» [10].

Вывод

Исследование проблем противодействия религиозного терроризма позволяет сделать следующие выводы:

  1. Ряд внешних и внутренних, объективных и субъективных факторов, сложившихся в рамках постиндустриального общества к концу XX–началу XXI в., предопределяют значительный рост проявлений терроризма, основанного на религиозной идеологии.
  2. В современных условиях конфликта интерпретаций и очевидной борьбы за власть некоторых субкультур, стремящихся навязать свои нормы понимания религии, личной религиозности и будущего религиозных объединений необходимо очень осторожно относиться к некорректному использованию понятия «религиозность» теми или иными политическими силами.
  3. Необходимо сохранять разнообразие культур и цивилизаций, поощрять реализацию инициатив, направленных на углубление диалога между цивилизациями и религиями. В современном мире около 250 государств, около 5-ти тысяч этносов, находящихся на разных уровнях развития [15, c. 89]. Все это  создает «не только неравные возможности безопасного существования разных народов, но и опасную среду обитания» [15, c. 99 - 100]. Между тем, по мнению П. Тейяра де Шардена (Teilhard de Chardin) «народы и цивилизации достигли такой степени периферического контакта, или экономической взаимозависимости, или психической общности, что дальше они могут расти, лишь взаимопроникая друг в друга»[18]. Поэтому важно понимать, что сохранение человеческой цивилизации связано с формированием новой культуры безопасности: нового мироощущения, миропонимания, мироотношения, т. е. осознания и возможности негативного будущего и практических действий по его предотвращению.Ислам как фактор терроризма не отличается от иных религии  по степени своего влияния. Не ислам является одной из основ терроризма, а использование любой религиозной идеологии в террористических целях.
  4. Для исправления сложившейся ситуации необходимо, прежде всего, использовать не насильственные методы, которые не могут привести к положительным результатам в борьбе с терроризмом в долгосрочной перспективе, а «гармонизировать отношения верующих и неверующих, а также верующих различных конфессий»[22, c. 38]. Только диалог мировоззрений, признание права на существование разных точек зрения, может стать основой мира и благополучия. Действенным способом противодействия религиозному терроризму должно стать воспитание духа толерантности. Развитие толерантности, особенно у молодежи, включает культивирование духа открытости, умения конструктивно разрешать возникающие разногласия и обеспечивать продвижение от конфликтных ситуаций к преодолению пониманий и противоречий. Применение конфессиональных методов борьбы с терроризмом малоэффективно, так как в большей степени речь идет не  о религии, а  о политике.

О. В. ХЛОПКОВА, Аспирант кафедры философии и религиоведения, ВЛАДИМИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

 

 

Список использованной литературы

  1. Албакова Ф.Ю. Роль социокультурного и межконфессионального сотрудничества в противодействии терроризму и экстремизму на Северном Кавказе // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 195 – 202.
  2. Бондаренко А.Е. Международно-правовые аспекты противодействия экстремизму. // // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления,институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 114 – 117.
  3. Вершинин М. Психологический портрет терроризма, как социального явления// Охранная деятельность [Электронный ресурс]. // URL:  http://www.psj.ru/saver_people/detail.php?ID=30909 (дата обращения: 04.10.2012).
  4. Дашаев Р.Х.  Религиозные аспекты современного исламского терроризма// Автореферат дис. … канд. юрид. наук.  М. 2007.
  5. Дробот Г.А. Международный терроризм как объект изучения // Социально-гуманитарные знания. 2008. № 1. С. 59 – 86.
  6. Ермаков П.Н. Высшее образование как компонент системы противодействия идеологии терроризма и экстремизма // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления,институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 99 – 105.
  7. Кантеров И.Я. Религиозный фактор в современном экстремизме // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления,институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 215 – 227.
  8. Кырлежев А. Терроризм. Религиозная традиция и религиозная мотивация [Электронный ресурс] // URL: http://www.anti-raskol.ru/pages/544 (дата обращения: 07.10.2012).
  9. Лакер У. Новый терроризм //Международные терроризм и право.  М.: ИНИОН РАН, 2002. С.7-25.
  10. Миллер Д. Нужное мнение о терроризме формируют эксперты. Интервью. [Электронный ресурс] // URL: http://www.antiterror.kz/terrorizm/news_2011-06-12-23-54-28-949.html (дата обращения: 10.10.2012).
  11. Мировая пресса обсуждает манифест норвежского террориста [Электронный ресурс] // http://www.vesti.ru/doc.html?id=518095&cid (дата обращения: 01.10.2012).
  12. Назаретян А. П. Терроризм, религия и задачи современного воспитания [Электронный  ресурс]// URL: http://www.atheism.ru/library/nazhar_1.phtml (дата обращения: 17.06.2012).
  13. Наматов Н. Религиозный экстремизм в Центральной Азии // Материалы  Международной конференции «Конфликты на Кавказе:история, современность и перспективы урегулирования. [Электронный  ресурс] //URL: http://www.ca-c.org/datarus/namatov.shtml (дата обращения: 15.09.2012).
  14. Ожиганов Э.Н. Профиль терроризма: природа, цели и мотивация // Социологические иследования. 2006, № 2.
  15. Основы социологии терроризма. // Коллективная монография под ред.В.Н.Кузнецова:авторы Ефимов Н, .Викторов А., Михайлов А.Соломатина Е. и др.М.2008.
  16. Пилар П. География исламистского терроризма расширилась [Электронный  ресурс] // URL: http://www.agentura.ru/press/about/jointprojects/washprofile/pillar/ (дата обращения: 10.11. 2012).
  17. Стивенсон Дж. Стратегия «сдерживания и профилактики» терроризма // Международные процессы. 2005. Т.3. № 1. С. 29 – 32.
  18. Тейяр де Шарден П. Феномен человека. М.: 1987.
  19. Терроризм // Википедия [электронный ресурс] // URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D2%E5%F0%F0%EE%F0%E8%E7%EC (дата обращения: 12.10.2012).
  20. Терроризм в России // Капитал страны[Электронный ресурс] // URL: http://www.kapital-rus.ru/articles/article/175472 (дата обращения: 08.10.2012).
  21. Холмогоров Е. Террор // Отечественные записки. 2002. № 3(4). [электронный  ресурс].URL: http://www.strana-oz.ru (дата обращения: 15. 09. 2012).
  22. Шейнов В.П. Конфликты в нашей жизни и их разрешение. Мн., 1997.
  23. Esposito J.L. The Islamic Threat: Myth or Reality? N.Y., Oxford, 1992.
  24. Laquer W. The new terrorism /Fanatism and the arms of mass destruction /New York: Oxford, 1999. – Р.226-237.

 

 

Каждой исторической эпохе присущ «типичный конфликт», придающий особенность формам террористической активности. Революционно-идеологический терроризм наиболее решительно представлен в XIX в., ХХ в. усиливает этнонациональные формы терроризма, в конце XX в. стал актуален «религиозный» терроризм. В настоящее время, в России доминирует специфическая форма терроризма, имеющая явно выраженную этнорелигиозную окраску. Так, Пол Пиллар (Pillar) пишет, что за последнее время современный терроризм существенно изменился. Государства все менее активно и охотно поддерживают терроризм. Основная роль в террористической деятельности сегодня принадлежит с его точки зрения различным новым группам и группировкам, в которых возросла значимость религиозных организаций (радикальных исламистов). Они кардинально отличаются от «светских» и в значительной степени от «левых» террористических группировок предыдущих десятилетий [16]. Также стоит отметить, что одним из условий развития современного терроризма становится распространение СМИ и Интернета. «Главное оружие террора – это его медиатехнология, рассчитанная на широкий общественный резонанс[21].

Масштабы терроризма и – главное – его деструктивный потенциал настолько велики, что позволяет считать террористическую деятельность одной из глобальных проблем современной цивилизации. Особенно остро этот вопрос стоит для Российской Федерации. Для России он тесно связан с перспективой сохранения государственности. Необходимо признать, что в последнее время на территории Российской Федерации принимаются серьезные усилия по снижению количества террористических структур и организаций, тем не менее, горькую статистику террористических актов и их жертв все еще приходится обновлять практически ежедневно. В мировом сообществе признается тот факт, что традиционные религии посредством межконфессионального диалога могут сыграть важную роль в противостоянии террористическим вызовам.

Несмотря на большое количество как зарубежной, так и отечественной научной литературы, посвященной изучению религиозному терроризма анализ этого явления представляет немалые трудности и, несмотря на свою безусловную актуальность, в научном плане является пока недостаточно разработанным.

I. Терроризм и религия: криминологические и социально-философские аспекты

Теракты 11 сентября 2001 г. существенно повлияли на аспекты социальной жизни, последовавший информационный взрыв оказал беспрецедентное воздействие на модификацию всего информационного поля. Д. Миллер (Miller) приводит следующие данные: в Великобритании: после 11 сентября 2001 года резко выросло число экспертов по терроризму (до 240 в Великобритании), также произошел беспрецедентный рост количества статей на темы, связанные с терроризмом (менее ста научных публикаций в 2000 году и более пятисот в 2002 году) [10]. В связи с произошедшими террористическими событиями в средствах массовой информации субъекты террористических событий в газетном дискурсе были подвергнуты конфессиональной категоризации. Многократное употребление прессой клише «мусульманские террористы», «исламский терроризм» подталкивало читателя к идентификации терроризма с исламской религией. Вместе с тем, поставить знак равенства между исламом как большой традицией, как системой религиозных смыслов и практик и терроризмом нельзя[8]. Стоит согласиться с А. Кырлежевым в том, что об общеисламской ответственности за т.н. «исламский терроризм» можно говорить, но лишь в том же смысле, в каком говорят об ответственности христианства за крестовые походы или религиозные войны. Ясно, что в данном случае дело не в религии как таковой, а в политике, у которой есть, помимо других, и какой-то религиозный контекст»[8]. То есть политические силы в своих целях используют религиозность населения мусульманских стран, произвольно истолковывая отдельные и часто вырванные из контекста положения исламской теологии. Здесь проявляется следующая проблема: с одной стороны, социологи, как и теологи, рассматривают знание догматов религии как один из критериев «подлинной религиозности», тогда как, с другой, террориста, одержимого идеей борьбы за «истинную религиозность», многие священнослужители уже отказываются считать «действительно религиозным». Эту апорию хорошо показывает «теракт в Норвегии 2011 года» Андерса Брейвика, лично убившего или ранившего около 200 человек, но отрицающего свою вину и не считающего совершенное им «преступлением», поскольку, по его словам, это было необходимо сделать для спасения Европы от «мультикультурализма» и «угрозы исламского господства»[11]. Религия всегда выполняла функцию смыслополагания, придавая тот или иной «сакральный» смысл действиям и поступкам индивида и/ или группы, религия может приводить либо к стабильности, либо к деструкции.

Одним из основных мотивов обращения к терроризму является сильная потребность в укреплении личностной идентичности, что достигается принадлежностью к группе. Во-вторых, это мотивы самоутверждения. И третье, терроризм чаще всего является результатом идейного абсолютизма, убеждения в обладании высшей истиной, уникальным рецептом спасения своего народа или даже всего человечества.

Американский психолог П.А. Олссон (Olsson), вводит понятие личной модели выбора террористического поведения и определяет эту модель с помощью четырех элементов: ранняя социализация индивида в насильственной окружающей среде; отрицательная самоидентификация индивида; личные связи индивида с террористическими группами; конверсионный жизненный опыт индивида (эскалация терроризма)[14, c. 53].

Для террористов религия (юрисдикция, конфессия или даже традиционная культура) выступает как идеология абсолютных противопоставлений, делящих мир на «мы» и «они», проявляющихся в крайней нетерпимости ко всякого рода инакомыслию. Религиозно мотивированному терроризму присущ высокий уровень консолидации участников террористических действий, наличие относительно устойчивой социальной базы движений[7, c.215]. Террористы – это религиозные фанатики, обладающие, по их мнению, высшей и единственной истиной. Основная мысль лидеров религиозного терроризма очень проста: против тех, кто не соблюдает законы религии, надо сражаться. Кроме этого, утверждается мысль, что религия находится в смертельной опасности, и источником этой опасности является «иноверцы», «ученые», «политики», «атеисты» и т.п.. В каждой религии (юрисдикции) есть достаточное количество доктринальных обоснований правомерности фактического террора по отношению к разного рода изгоям, неверным, язычникам и др. Иными словами, при определенных исторических условиях любая религия способна выступить в роли «религии терроризма».

Например, «термин «джихад», как пишет Джон Эспозито (Esposito), имеет множество смыслов, включая «призыв вести праведную жизнь, делать общество более моральным и справедливым, распространять ислам проповедью, учением или путем вооруженной борьбы… В самом общем смысле «джихад» обозначает борьбу против зла и дьявола, самодисциплину, при помощи которой верующие стремятся следовать воле Бога, быть лучшими мусульманами»[23, c 32 - 33]. Хорошо известно, однако, что все это многообразие смыслов отбрасывается представителями экстремистских и террористические организаций, редуцируясь к оправданию своих преступлении и пропаганде своей исключительности[4, c. 12]. У. Лакер (Laquer) подчеркивает, что у современного терроризма много различных причин и проявлений, множество из них зависит от культурных традиций, социальной структуры общества и других особенностей различных стран [9, 24].

В России причинами распространения религиозного экстремизма считаются сепаратистские устремления ряда региональных элит, нарушения прав религиозных меньшинств и деятельность иностранных миссионеров, разжигающих межрелигиозную рознь [13]. В научной литературе часто используется термин «религиозно-политический терроризм»[15, c. 175]. Точнее будет использовать термин «терроризма на основе религиозной идеологии», поскольку непосредственно религиозные факторы не являются причинами терроризма, а есть лишь его идеологической базой. А. Кырлежев отмечает, что «когда институциональные религиозные авторитеты начинают обличать своих радикалов, призывая их к умеренности и благоразумию, то в ответ часто слышатся уже обличения в адрес самих религиозных лидеров: что они коррумпированы, что они за положение и власть отказываются от предельных ценностей религии. И в результате радикальное крыло религиозного сообщества только усиливается. Поэтому большой вопрос, насколько государство и общество могут рассчитывать на внутриконфессиональные ресурсы»[8].

Одной из основных проблем в выработке согласованного международно-правового подхода к противодействию терроризма является отсутствие единого понятия терроризма и единого подхода к его пониманию. Так, например, А.Ш. Викторов, проанализировав литературу, выявил около 200 определений терроризма. Такое положение вещей вызвано как со сложностью самого указанного явления, так и «с абсолютизацией различных точек зрения»[15, c. 84]. Многие специалисты отмечают, что в современном терроризме тесно переплелись религиозный фанатизм, расовая ненависть, национальная нетерпимость, социальный и политический экстремизм, где присутствует весь набор асоциальных целей, нелегальных, нелегитимных и преступных методов их реализации[15,c. 86].

Ст. 205 УК РФ терроризм определяет как идеологию насилия и практика воздействия на общественное сознание, на принятие решений органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и/или иными формами противоправных насильственных действий.(сноска) В праве США терроризм определяется как предумышленное, политически мотивированное насилие, совершаемое против мирного населения или объектов субнациональными группами или подпольно действующими агентами, обычно с целью повлиять на настроение общества [19]. Не имея твердого представления о терроризме, невозможно прийти к согласию в формулировании направленных против него законов.

Актуальным в настоящее время является и понятие «гуманитарной безопасности», под которой понимается сетевая надёжная и устойчивая совокупность факторов, т.е. «гуманитарных, социальных, культурных, религиозных взаимодействий эффективно обеспечивающих: достойную жизнь каждого человека; человеческое в человеке и достойный смысл его жизни; состояние защищённости человека, семьи, народа; их целей, идеалов, ценностей и традиций, образа жизни и культуры; необходимое и достаточное поощрение и развитие прав и обязанностей человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии»[15, c. 14].

II. Концептуальные основы противодействия религиозному терроризму

Устранение угрозы терроризма и достижение состояния «гуманитарной безопасности» сегодня, к сожалению, все чаще видится достижимым лишь путем применения «силовых методов», хотя очевидно, что использование репрессивных мер против терроризма «может на время сбить температуру, но излечить болезнь оно не в состоянии»[20]. Много говорится о необходимости улучшении экономического положения государств, где терроризм процветает, поскольку улучшение экономической и политической ситуации, рост социальной мобильности, повышение уровня жизни населения, когда люди не будут чувствовать себя униженными и ущемленными, как очевидно, окажет свое влияние, хотя т в самых развитых странах остаются политические силы, которым выгодно разжигание террористической борьбы на религиозной или этнической почве. Необходима комплексная программа рационального, планомерного и постоянного привлечения ресурсов всех групп общества. В настоящее время законодательные механизмы борьбы с терроризмом не в достаточной мере развиты и не обеспечивают должной защиты. В международном праве понятия «терроризм» не существует [2, c. 115]. Особую сложность вызывает тот факт, что нормы международного права созданы для регулирования взаимоотношений между государствами. Сегодня террористические акты совершаются разными субъектами: как отдельными личностями, так и организациями и государствами. В Российской Федерации применение ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» отличается слабой эффективностью [7, c. 223].

Сегодня молодое поколение, которое является основным реципиентом террористических организаций [3], беспрепятственно может вовлекаться в экстремистскую деятельность через Интернет и иные СМИ, в которых легко распространяются множество материалов, признанных разжигающими этноконфессиональной рознь. В этих условиях подрастающее поколение оказывается самой незащищенной в культурном отношении категорией населения, которая находится в своеобразном ценностном и духовном вакууме, дезорганизованной, подверженной влиянию ксенофобии, разрушающей традиционные ценности национальных культур и религий.

В таких условиях, когда применение только административного ресурса невозможна, необходим иной путь – путь воздействия на личность, и прежде всего воспитание ее в рамках неприятия насилия, формирования установок на толерантность, просвещение, диалог и ответственность. Только сформированная личность с устойчивой гражданской позицией способна противостоять идеологии ксенофобии и различным экстремистским тенденциям.

Пока существует система воспроизводства инфраструктуры терроризма угроза террористических актов будет сохраняться, несмотря на применение локализующих силовых методов. Ключевыми звеньями этой структуры являются: идеология терроризма и экстремизма, ее вдохновители и носители, каналы распространения этой идеологии, а также лица, попадающие под ее влияние[6, c. 100]. В ситуации, когда каналы распространения информации перемещаются в Интернет и становятся неподконтрольными, исключение фактора появления носителей и вдохновителей идеологии терроризма не реально и фантастично, главным способом противодействия терроризму становится формирование антитеррористического мировоззрения населения.

Сегодня актуальным должно являться направление по профилактике экстремистских настроений в молодежной среде, а искоренение социальной агрессии – одним из главных направлений при разработке системы мер по формированию антитеррористической идеологии и воспитанию толерантного сознания в поликультурном многонациональном обществе. Поэтому необходимо разработка новых образовательных программ, а также коммуникативная подготовка тех, кто работает с молодежью и должен стать транслятором толерантного поведения. Таким образом, именно образование в современных реалиях должно заложить основы антитеррористического мировоззрения.

Однако, не стоит забывать, что школа и иные образовательные институты часто не являются для подростка референтными. Председатель совета муфтиев России, Равиль Гайнутдин признал, что негативное отношение к исламу в России сформировано СМИ, которым зачастую присущи категоричность и безграмотность в данном вопросе [7, c. 226]. Поэтому необходим более четкий и жесткий контроль над СМИ, пресекающий распространение экстремистских материалов, некорректное термина «религиозный терроризм» и «экстремизм».

Воспитание ответственной и просвещенной личности, отвергающей зло как таковое способно решить проблему терроризма. В связи с этим, эффективный подход к снижению террористической угрозы включает в себя учет особенностей культуры, традиций, менталитета населения того или иного региона, а также разрешение социальных и экономических проблем в развивающихся регионах мира путем прямых и целенаправленных программ по развитию сектора малого и среднего бизнеса. Также на местах необходимо повышать уровень грамотности населения, как наиболее эффективного средства по предотвращению внешней пропаганды религиозно радикальных идей.

В данном случае возможно два пути воспитания у населения чувства неприятия терроризма на религиозной основе:

–воспитание через распространение «правильной» религии и национальной политики;

–воспитание на основе светской рациональной культуры, «федеральных» и общечеловеческих ценностях.

А.П. Назаретян утверждает, что «широковещательные заявления, будто теракты совершают приверженцы «ненастоящей» религии, тогда как «настоящая» вера такого не допускает, – самообман. По его утверждению из человека, верящего в загробную жизнь, легко сделать «самовоспламеняющуюся бомбу» [12]. Поэтому он предлагает распространение, прежде всего, светской культуры и воспитание человека в духе свободы и ответственности, в чем стоит с ним согласиться. Именно «этика ответственности», выражаясь языком М. Вебера, приводит к рациональному осмыслению человеком мира и всего происходящего. А вот «религиозные (и квазирелигиозные – национальные, классовые) идеологии всегда служили механизмом объединения людей в большие группы за счёт противопоставления другим людям. Поэтому их неизменным спутником оставалась реальная или потенциальная война» [12].

Однако, несмотря на то, что сегодня во многих регионах мира религия потеряла свое первостепенное значение, ее влияние по-прежнему велико. Поэтому необходимо правильно организовать распространение религиозного образования. Большая роль должна отводиться подготовке духовенства. Необходимо всесторонне повышать уровень образования представителей молодого поколения духовенства, развивать их потенциал знаний современных социогуманитарных наук, эрудицию, воспитывать поколение богословов (исламских, христианских и т.д.), способных вести, убедительную, аргументированную полемику с представителями иных, в том числе новых, религиозных течений.

Вышеозначенное, в полной мере относится и к т.н. «межконфессиональному диалогу», ресурсы которого еще почти не востребованы. Сегодня социальные инициативы со стороны духовенства, практически отсутствуют [1, c. 197], однако и власти недостаточно стимулируют их социальную и просветительскую активность.

Кроме того, необходимо поддерживать и сохранять этнополитическую стабильность в пограничных регионах. Для этого необходимо, развивать и обогащать национальные культуры. С. Саймон (Simon) считает, что фатальной ошибкой Запада является пропаганда западных ценностей, стандартов и принципов организации в исламском мире. Необходимо не вводить чуждые мусульманскому миру ценности, а добиться политического сближения с исламом, убедить жителей мусульманских стран, что их процветание возможно и без уничтожения Запада, и без отказа от собственных традиций перед сокрушительным натиском западной культуры [17].

Профилактика использования религиозного фактора в экстремистской деятельности должна осуществляться постоянно, а не быть временной мерой. Для этого необходимо привлечение экспертов в сфере религиоведения и этноконфессиональных отношений, обладающих навыками экспертной оценки деятельности религиозных объединений [7, c. 224]. Сегодня состав экспертного сообщества не всегда отвечает всем требованиям, предъявленным к ним, в том числе оно не всегда объективно и независимо. По словам Д. Миллера (Miller) среди экспертов по терроризму существует консенсус по поводу идеологического отношения к данному явлению. Поэтому информация, поступающая от них в массы, не всегда объективна, так как «большинство экспертов занимаются не столько изучением самого терроризма и его особенностей, сколько комментируют и поддерживают решения государств применить силу в ответ на террор», причем «этот подход становится догмой» [10].

Вывод

Исследование проблем противодействия религиозного терроризма позволяет сделать следующие выводы:

1. Ряд внешних и внутренних, объективных и субъективных факторов, сложившихся в рамках постиндустриального общества к концу XX–началу XXI в., предопределяют значительный рост проявлений терроризма, основанного на религиозной идеологии.

2. В современных условиях конфликта интерпретаций и очевидной борьбы за власть некоторых субкультур, стремящихся навязать свои нормы понимания религии, личной религиозности и будущего религиозных объединений необходимо очень осторожно относиться к некорректному использованию понятия «религиозность» теми или иными политическими силами.

3. Необходимо сохранять разнообразие культур и цивилизаций, поощрять реализацию инициатив, направленных на углубление диалога между цивилизациями и религиями. В современном мире около 250 государств, около 5-ти тысяч этносов, находящихся на разных уровнях развития [15, c. 89]. Все это создает «не только неравные возможности безопасного существования разных народов, но и опасную среду обитания» [15, c. 99 - 100]. Между тем, по мнению П. Тейяра де Шардена (Teilhard de Chardin) «народы и цивилизации достигли такой степени периферического контакта, или экономической взаимозависимости, или психической общности, что дальше они могут расти, лишь взаимопроникая друг в друга»[18]. Поэтому важно понимать, что сохранение человеческой цивилизации связано с формированием новой культуры безопасности: нового мироощущения, миропонимания, мироотношения, т. е. осознания и возможности негативного будущего и практических действий по его предотвращению.Ислам как фактор терроризма не отличается от иных религии по степени своего влияния. Не ислам является одной из основ терроризма, а использование любой религиозной идеологии в террористических целях.

4. Для исправления сложившейся ситуации необходимо, прежде всего, использовать не насильственные методы, которые не могут привести к положительным результатам в борьбе с терроризмом в долгосрочной перспективе, а «гармонизировать отношения верующих и неверующих, а также верующих различных конфессий»[22, c. 38]. Только диалог мировоззрений, признание права на существование разных точек зрения, может стать основой мира и благополучия. Действенным способом противодействия религиозному терроризму должно стать воспитание духа толерантности. Развитие толерантности, особенно у молодежи, включает культивирование духа открытости, умения конструктивно разрешать возникающие разногласия и обеспечивать продвижение от конфликтных ситуаций к преодолению пониманий и противоречий. Применение конфессиональных методов борьбы с терроризмом малоэффективно, так как в большей степени речь идет не о религии, а о политике.

О. В. ХЛОПКОВА, Аспирант кафедры философии и религиоведения, ВЛАДИМИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

 

 

Список использованной литературы

1. Албакова Ф.Ю. Роль социокультурного и межконфессионального сотрудничества в противодействии терроризму и экстремизму на Северном Кавказе // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 195 – 202.

2. Бондаренко А.Е. Международно-правовые аспекты противодействия экстремизму. // // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления,институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 114 – 117.

3. Вершинин М. Психологический портрет терроризма, как социального явления// Охранная деятельность [Электронный ресурс]. // URL: http://www.psj.ru/saver_people/detail.php?ID=30909 (дата обращения: 04.10.2012).

4. Дашаев Р.Х. Религиозные аспекты современного исламского терроризма// Автореферат дис. … канд. юрид. наук. М. 2007.

5. Дробот Г.А. Международный терроризм как объект изучения // Социально-гуманитарные знания. 2008. № 1. С. 59 – 86.

6. Ермаков П.Н. Высшее образование как компонент системы противодействия идеологии терроризма и экстремизма // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления,институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 99 – 105.

7. Кантеров И.Я. Религиозный фактор в современном экстремизме // Роль федеральных и региональных органов государственной власти, органов местного самоуправления,институтов гражданского общества, бизнес-сообщества и СМИ в формировании системы противодействия идеологии терроризма, разработке и осуществлении мероприятий по информационному противодействию терроризму. Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Москва, МГУ, 13 – 14 октября 2010. Т.I. М.: Университетская книга, 2010. С. 215 – 227.

8. Кырлежев А. Терроризм. Религиозная традиция и религиозная мотивация [Электронный ресурс] // URL: http://www.anti-raskol.ru/pages/544 (дата обращения: 07.10.2012).

9. Лакер У. Новый терроризм //Международные терроризм и право. М.: ИНИОН РАН, 2002. С.7-25.

10. Миллер Д. Нужное мнение о терроризме формируют эксперты. Интервью. [Электронный ресурс] // URL: http://www.antiterror.kz/terrorizm/news_2011-06-12-23-54-28-949.html (дата обращения: 10.10.2012).

11. Мировая пресса обсуждает манифест норвежского террориста [Электронный ресурс] // http://www.vesti.ru/doc.html?id=518095&cid (дата обращения: 01.10.2012).

12. Назаретян А. П. Терроризм, религия и задачи современного воспитания [Электронный ресурс]// URL: http://www.atheism.ru/library/nazhar_1.phtml (дата обращения: 17.06.2012).

13. Наматов Н. Религиозный экстремизм в Центральной Азии // Материалы Международной конференции «Конфликты на Кавказе:история, современность и перспективы урегулирования. [Электронный ресурс] //URL: http://www.ca-c.org/datarus/namatov.shtml (дата обращения: 15.09.2012).

14. Ожиганов Э.Н. Профиль терроризма: природа, цели и мотивация // Социологические иследования. 2006, № 2.

15. Основы социологии терроризма. // Коллективная монография под ред.В.Н.Кузнецова:авторы Ефимов Н, .Викторов А., Михайлов А.Соломатина Е. и др.М.2008.

16. Пилар П. География исламистского терроризма расширилась [Электронный ресурс] // URL: http://www.agentura.ru/press/about/jointprojects/washprofile/pillar/ (дата обращения: 10.11. 2012).

17. Стивенсон Дж. Стратегия «сдерживания и профилактики» терроризма // Международные процессы. 2005. Т.3. № 1. С. 29 – 32.

18. Тейяр де Шарден П. Феномен человека. М.: 1987.

19. Терроризм // Википедия [электронный ресурс] // URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D2%E5%F0%F0%EE%F0%E8%E7%EC (дата обращения: 12.10.2012).

20. Терроризм в России // Капитал страны[Электронный ресурс] // URL: http://www.kapital-rus.ru/articles/article/175472 (дата обращения: 08.10.2012).

21. Холмогоров Е. Террор // Отечественные записки. 2002. № 3(4). [электронный ресурс].URL: http://www.strana-oz.ru (дата обращения: 15. 09. 2012).

22. Шейнов В.П. Конфликты в нашей жизни и их разрешение. Мн., 1997.

23. Esposito J.L. The Islamic Threat: Myth or Reality? N.Y., Oxford, 1992.

24. Laquer W. The new terrorism /Fanatism and the arms of mass destruction /New York: Oxford, 1999. – Р.226-237.

Комментарии (9)Add Comment
0
Они уже "доцеловались"!
Автор: Маруф Чубаров, Москва , 12 Январь, 2015
Франция - это только НАЧАЛО!
Что "поливали" - то и вырастили!
И хватит "лить сопли".
Что же вы молчите по Луганску, Донецку, Одессе, Мариуполе, Грозном?
Или это "ваши подлецы", поэтому и молчите?
Не спорю, мне жаль, что четыре "отмороженных" поставили на колени всю страну (Францию), но где же Вы были, когда вы лобызались с Дудаевым, Масхадовым, приютили Березовского, Закаева, Ахмадова и прочих отморозков?
Нам бы Ваши проблемы (не дай Бог)! И Вам мы не желаем Буденовска, Первомайска, Бислана, Москвы, Волгограда, Каспийска, Волгодонска и еще сотни ЭПИЗОДОВ проплаченного Вами "джихада" на территории России.
Но мне кажется, что бойня редакции Charlie Hebd - это ТОЛЬКО НАЧАЛО!
"Не рой другому яму - сам в нее попадешь"!!!
Нельзя быть "немножко" беременной!
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +3
0
... что они голубые...
Автор: Настя, МГИМО , 05 Декабрь, 2014
Нет, это сладкая парочка!)))
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +8
0
...
Автор: Максим Перепелица, Краматорск , 10 Июнь, 2014
то, что они голубые - это их дело.
но зачем на Украине "своих" садомистов продвигать?
хотят, что бы все были на них похожи?
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +10
0
Как хорошо смотрятся!!!
Автор: Ajvf yt dthe.obq , 13 Август, 2013
фотка чудо! Ее можно повесить вместо вывески в каком-нибудь гей-клубе для "креативной Рублевки".
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +15
0
Хорошее фото
Автор: Рамзай, студент МГИМО , 22 Июль, 2013
Это, что? Тоже голубые??????
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +14
0
"...Терроризм и религия: криминологические и социально-философские аспекты..."
Автор: Муслим, студент, Махачкала , 14 Декабрь, 2012
Хороший материал.
Не знаю как для "курсора", но мне понравился.
Но почему с Владимира об этом пишут?
А, что Дагестан, КБР, Ингушетия? Что у НАС уже нет проблем? Или мы стали инфантильными, электоратом, быдлом, как хотите.
У нас журналистов стреляют как фазанов на охоте, быть у ВЛАСТИ - это значит быть мишенью, если ты даже не воруешь (это, к стати, предпосылка к уничтожению).
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +39
0
Смотрю и вижу "Садом и Гоморру". Или я не права?
Автор: Кира, КГУ , 12 Декабрь, 2012
Хорошая картинка. Они, что оба садомисты?
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +34
0
Студу из Омска
Автор: Админ , 12 Декабрь, 2012
Не, это не "курсор", но, если эта работа тебе поможет в твоей учебе, то мы РАДЫ ЗА ТЕБЯ!!!!!!!
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +5
0
Это же курсор
Автор: Студ, Омск , 12 Декабрь, 2012
Спасибо!!!!!!
Пожаловаться
Голос -
Голос +
Голоса: +24

Написать комментарий
меньше | больше

busy
Обновлено ( 12.12.2012 18:57 )  
Ты здесь: Главная Проблемы сегодня Терроризм РЕЛИГИОЗНЫЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОГО ТЕРРОРИЗМА